Евгений Золотарёв, будучи ведущим молодёжным активистом, очень старался, и когда его действия помогли движению «оранжевой революции» за демократию захлестнуть всю страну, он решил, что эта бывшая советская республика решительно отодвигается от соседней России и всё теснее сближается с Западом. Сейчас он видит, что работы предстоит сделать ещё очень много. Об опасностях для украинской демократии и политических противоречиях пишут Нил Бакли, Роман Олеарчик в британской деловой газете The Financial Times.

"Мы бы никогда не подумали, что демократия опять окажется в такой большой опасности", - прямо сказал Золотарёв.

Виктор Янукович пробыл президентом уже восемь месяцев (его первая попытка стать президентом сорвалась как раз из-за "оранжевой революции"), а Золотарёв теперь - один из многочисленных оппозиционных политиков, журналистов, активистов борьбы за демократию, предпринимателей и иностранных государственных деятелей, которые беспокоятся, что политические свободы и свобода прессы опять пойдут на убыль.

Иногда говорится, что новые власти скатываются обратно к системе, существовавшей до "оранжевой революции", когда большой бизнес, политика, вездесущая коррупция и пережитки советского правления были переплетены друг с другом; иногда говорится, что новые власти пытаются подражать премьер-министру России Владимиру Путину с его "управляемой демократией".

"Действительно похоже, что Украина двигается назад", - сказал, выступая по радио в октябре, бывший посол США в Киеве Стивен Пайфер. Члены команды Януковича говорят, что лишь восстанавливают стабильность в стране после хаоса и междоусобиц, последовавших за революцией и до смерти надоевших многим украинцам. Возможно, это так. Но результатом стало усиление его власти относительно власти парламента и судов, арест чиновников-оппозиционеров и повышенное участие служб безопасности во внутренней жизни. Оппозиционеры опасаются, что администрация воспользуется моментом и произведёт манипуляции с региональными выборами 31 октября, что приведёт к ещё большему укреплению их положения в стране.

Последствия этого будут ощущаться далеко не только в пределах государственных границ Украины и далеко не только сорока шестью миллионами проживающих в ней граждан. Украина - это самая большая по территории страна Европы (не считая европейской части России), по населению стоит на пятом месте, к тому же на её территории находится часть важнейших объектов энергетической инфраструктуры континента; всё это означает, что то, кому Украина будет верна и какую изберёт политическую систему, будет иметь серьёзные последствия с точки зрения геополитики. Именно поэтому Евросоюз и США тянут Киев в одну сторону (надеясь, что он станет светочем демократии на постсоветской земле), а Россия - в другую, потому что ей нужны более тесные связи между двумя славянскими народами.

Амбиции Москвы связаны не только с исторической общностью и славянскими корнями. Как однажды пошутил бывший советник по национальной безопасности США Збигнев Бжезински, без Украины Россия уже не будет империей, имеющей бастион в Европе.

С февраля этого года, когда Янукович занял своё место во внушительном президентском дворце на холме с видом на центр Киева, Россия стала ещё более активно втягивать Украину в экономический союз с прочими бывшими советскими республиками. В появлении дружественно настроенного по отношению к Москве лидера Россия также увидела свой шанс захватить контроль над стратегическим газопроводом Киева, обслуживающим значительную часть Европы.
Запад вёл себя осторожно. ЕС предлагает соглашение об ассоциации и свободной торговле, но от публичной критики в адрес Януковича и в альянсе, и в США воздержались, боясь, что, услышав критику, он отвернётся от них и ещё больше подтолкнёт Киев к Москве.

Оппозиция страдает от подобной нерешительности.
"Украине нужно внимание мирового сообщества, как никогда прежде", - считает бывшая премьер-министр Юлия Тимошенко, которую Янукович победил в борьбе за президентское кресло. Она считает, что против оппозиции применяются "политтехнологии" (то есть нечестные приёмы), распространившиеся во многих бывших советских странах.

Политтехнологии бывают разные: законодательные ограничения на участие, воздействие на контрольные комитеты, а также, как рассказывала Тимошенко, создание партий-"клонов" с такими же названиями, как у оригинала, чтобы запутать избирателей.

Февральские выборы, выигранные с малым отрывом, были признаны международными наблюдателями честными. Но после этого новая администрация начала предпринимать решительные и систематические шаги по укреплению власти президента и его союзников, как утверждают её критики.

Среди особо подчёркивавшихся шагов - принятие поправки к конституции, которая позволила Януковичу сформировать в парламенте большинство. С этого момента парламент стал в значительной степени декоративным. В апреле Янукович заключил с Москвой неоднозначное соглашение о снижении цены на газ в обмен на продление аренды Россией украинского порта Севастополь. На его ратификацию потребовалось сорок минут.

Затем правительство принялось за переделку конституции, принятой после 2004 г., согласно которой власть передавалась от президента к премьер-министру, - утверждалось, что принятие этой конституции было незаконным. Конституционный суд единодушно поддержал это решение, но лишь после того, как четверо из восемнадцати  его членов ушли в отставку в сентябре (причём некоторые давали понять, что их заставили), а на их место были назначены верные Януковичу люди. Бывший заместитель премьер-министра Олег Рыбачук считает, что команда Януковича выполнила "насильственный захват власти с пока неясными целями".

Конечно же, оппозиция оказалась под давлением. Около шести человек из числа бывших высокопоставленных сотрудников Тимошенко оказались под арестом или следствием. Янукович и его команда говорят, что это делается просто в рамках давно необходимой борьбы с коррупцией.

Есть основания волноваться и из-за СМИ. Украинцы жалуются, что новости стали похожими на российские. Януковича показывают в путинском стиле: как он приказывает чиновникам решать проблемы, оставшиеся от прежнего правительства. Оппозиция, по словам главы группы наблюдения за СМИ Телекритика Наталии Лигачёвой, теперь получает гораздо меньше эфирного времени.

В среду парижская организация Репортёры без границ опубликовала свой ежегодный отчёт о свободе прессы, и Украина в нём опустилась на сорок два места, заняв сто тридцать первое (вместе с Ираком, Алжиром и Камеруном).

Два канала, настроенные критически по отношению к новому правительству, лишились значительного количества частот, так как на них подал в суд конкурирующий канал Интер, принадлежащий (в конечном итоге) Валерию Хорошковскому, магнату, который в марте был назначен главой СБУ (Службы безопасности Украины).

Хорошковский, который также заседает в судебном органе, ответственном за назначение и увольнение судей, говорит, что его бизнесом теперь занимается жена. Давая интервью Financial Times, он категорически заявил, что не злоупотреблял своими политическими полномочиями и не принимал никакого активного участия в оспаривании прав других каналов пользоваться частотами.

Однако СБУ оказывает давление на иностранные неправительственные организации. В июне глава украинского филиала консервативного немецкого фонда имени Конрада Аденауэра Нико Ланге (Nico Lange), опубликовавший полный критики документ о последних событиях, был на десять часов задержан по прибытии в киевский аэропорт. Его не депортировали из страны из соображений "национальной безопасности" только потому, что за него вступились по телефону из аппарата канцлера Германии Ангелы Меркель.

В сентябре офицеры СБУ навестили проекты, которые на Украине поддерживают демократические организации Джорджа Сороса, чтобы узнать, не спонсирует ли американский миллиардер политические партии.

По словам Хорошковского, проверки неправительственных организаций - это обычная процедура правоохранительных органов, проверка соблюдения закона о запрете финансирования политических партий иностранцами. Обвинения в отходе от демократии он отвергает как "выдуманные", говоря, что они "стали культом [у оппозиции], доведённым до абсурда".

Сам президент категорически отрицает всякие систематические нападки на демократические реформы. "Что касается давления, то я хотел бы видеть доказательства", - сказал Янукович журналистам в октябре. Глава президентской администрации Сергей Лёвочкин говорит, что оппозиционеры делают преувеличенные заявления, пытаясь дискредитировать администрацию.

Тем не менее, международное сообщество всё в большей и большей степени обеспокоено положением с демократией в Киеве и сближением его с Москвой. 14 октября, общаясь по телефону с Януковичем, вице-президент США Джо Байден сказал, что очень важно проводить свободные и честные выборы, давать свободу СМИ, чтобы Украина показывала свою приверженность идеалам демократии и евроинтеграции. Ещё Байден сказал, что для успеха конституционной реформы надо включить систему сдержек и противовесов, которая обслуживала бы интересы всех украинцев.

Но некоторые иностранные инвесторы и дипломаты, равно как и местные предприниматели и интеллектуалы, в частном порядке заявляют, что период твёрдого правления после периода неработоспособного правительства и всеобщего разочарования, последовавшего за "оранжевой революцией", - это не так плохо. Администрация создала амбициозный проект экономических реформ, направленный на то, чтобы занять в рейтинге Всемирного банка по лёгкости ведения бизнеса не 142-е место (вместе с Гамбией, Гондурасом и Сирией), а более высокое. При вычислении этого рейтинга учитываются такие вещи, как особенности норм, ситуация с правами собственности и методы решения коммерческих споров.

По словам одного магната, идеальным сценарием было бы появление сильного президента, который правил бы в течение одного длинного срока, провёл экономические реформы, а потом передал бы власть демократической системе. Опасность заключается в том, что, как показал пример России, авторитарное правления далеко не гарантирует проведения реформ.

Перспектива улучшения экономической ситуации, возможно, объясняет то, почему влиятельные олигархи - представители деловой элиты Украины - надели намордники на подконтрольные им СМИ. По словам критиков, более вероятно, что те деловые круги, которые поддержали Януковича, начали выигрывать, а те, кто у него не в фаворе, держат рты на замке. Как считает Рыбачук, "на Украине большой бизнес на самом деле не поддерживает ставящиеся Европой цели" достижения открытости и прозрачности.

Какой бы ни была настоящая сущность нового режима на Украине, однако, есть основания полагать, что попытка ввести "управляемую" демократию в российском стиле провалится.

Неясно, согласятся ли украинцы, как согласились россияне, отдать политическую свободу в обмен на повышение жизненного уровня. Властям, возможно, будет сложно выполнить условия сделки, если Россия не будет делиться своим энергетическим богатством, а цены на сталь не будут держаться на высоком уровне, что обеспечивало рост украинской экономики до мирового финансового кризиса.

"Российскую вертикаль власти поддерживает мощная экономическая база из нефти и газа", - отметил один аналитик.

Перед Украиной стоит и ещё одно фундаментальное противоречие. Сейчас команда Януковича заверяет всех в готовности иметь гораздо более глубокие связи с ЕС, чем с Россией. Социологические опросы показывают, что многие украинцы предпочитают двигаться в сторону Европы. Но европейский комиссар по вопросам расширения Штефан Фюле (Stefan Fule) говорит, что дальнейшая интеграция зависит от дальнейшего прогресса в сфере демократических ценностей.

"Наша позиция заключается в том, чтобы помогать украинским властям двигаться в сторону европейских стандартов ... а также в том, чтобы абсолютно ясно дать понять, что это основа наших отношений, и здесь едва ли могут иметь место какие-либо переговоры", - поясняет он.

Готовы ли украинцы отстаивать свои свободы, если понадобится, выйти на улицы, как в 2004 г., - большой вопрос. Недавний опрос Международного фонда избирательных систем показал, что большинство украинцев испытывают беспокойство или тревогу в связи с откатом в ситуации с правами. Другие опросы показывают, что рейтинг Януковича падает, но падает и рейтинг оппозиции, что говорит скорее об общей разочарованности.

Золотарёв этих настроений не разделяет. "Многие люди устали от политики. Но я считаю, что усталость пройдёт, когда пойдут новые репрессии", - говорит этот бывший революционер. - "От репрессий забудешь про усталость".

***

Оригинал публикации: The Financial Times

Перевод ИноСМИ

В рубрике Мир о нас статьи из зарубежных СМИ об Украине публикуются без купюр и изменений. Редакция не несет ответственности за содержание данных материалов.